Приветствуем!

Информация, для тех кто любит Древний Египет. Всем категорическим нелюбителям Древнего Египта и древнеегипетской тематики здесь делать категорически нечего: Вы не найдете для себя ничего полезного. А посему — займитесь чем-нибудь более интересным для себя.Всем остальным — добро пожаловать! Принимаются для публикации работы древнеегипетской тематики любого жанра. Проект творческий и никакого отношения к «Ассоциации МААТ» не имеет.

С уважением, Кот Учёный

Саккарская гробница Маиа

Дж. Мартин
«Саккарская гробница Маиа, казначея фараона Тутанхамона: новое открытие»

ВДИ, 1991. №3. С. 159-165 Начиная с 1975 г. автор настоящей статьи возглавляет объединенную экспедицию Египетского исследовательского общества (Лондон) и Лейденского музея (Нидер­ланды), осуществляющую раскопки в Саккаре, некрополе древнего Мемфиса[1]. Ос­новным объектом наших археологических изысканий стали гробницы чиновников и рядовых горожан — современников фараона Тутанхамона и его преемников на троне. С помощью полученных сведений мы надеялись пролить свет на историю Мемфиса и вообще северной части Египта, которая изучена гораздо хуже, чем история Фив и Юга в целом, по крайней мере на рубеже II тыс. до н. э. Одной из главных задач, ко­торую ставила перед собой наша экспедиция — локализация гробницы Маиа, казна­чея фараона Тутанхамона.


Роспись гробницы

В 1843 г. один из внутренних дворов этой гробницы посетил Карл Ричард Лепсиус, руководивший финансируемой прусским королем экспедицией. В задачу ого экспедиции входило, как известно, создание описания монументальных памятников Египта и Эфиопии, главным образом гробниц и храмов. Публикация результатов дея­тельности Лепсиуса и его коллег составила заметную веху в истории науки XIX в.; ценность 12 фолиантов, составляющих знаменитую серию «Denkmaeler aus Aegypten und Aethiopion», не только не уменьшается, но и возрастает со временем, поскольку многие из учтенных ими памятников впоследствии оказались разрушенными или сильно поврежденными. Не избежала этой участи и гробница Маиа: она значительно пострадала от времени и вандализма «любителей древностей», и в конечном счете при­мерно к концу XIX в. ее наземная часть оказалась вновь погребенной в песках и по­терянной.


Мерит. Супруга Маиа

В феврале 1986 г. нашей экспедиции в ходе раскопок гробницы военачальника Рамосе  удалось,   наконец,  гробницу Маиа  вновь «открыть». Маиа, женатый на женщине благородного происхождения по имени Мерит, был одним из влиятельнейших вельмож при дворе фараона Тутанхамона. Состоя в долж­ности начальника царской сокровищницы, он держал под своим контролем богатства страны, притом в то время, когда Египет выделялся своими могуществом и влиянием среди прочих государств и народов древнего Переднего Востока. Именно на этого че­ловека должна была возлагаться обязанность обустройства роскошной гробницы Тутанхамона, которую в 1922 г. обнаружил Г. Картер. Маиа был, между прочим, одним из тех двух людей (вторым был его «сослуживец», чиновник по имени Нахтмин), ко­торые осуществили подношение посмертных даров усопшему молодому фараону в ка­честве частных лиц.


Рельеф с изображением умершего, молящегося Осирису

Исследованиями удалось выявить немало деталей биографии са­мого Маиа и членов его семьи, его служебной деятельности в качестве одного из высших должностных лиц Египта. Так, например, сейчас почти с полной уверенностью можно утверждать, что Маиа и Май — высокопоставленный чиновник фараона Эхнатона — одно и то же лицо. Как известно, гробница Май находится в Амарне. В ходе наших раскопок 1988 г. удалось обнаружить в саккарской гробнице Маиа текст автобиогра­фического содержания, в котором сообщалось, что владелец памятника был приближен к царскому двору, несомненно — Эхнатонову. Один из молодых египтологов из Ли­верпуля не так давно обнаружил фрагмент надписи, датированной 8-м годом правления Тутанхамона (т. е. примерно 1340 г. до н. э.), в которой казначею отдается распоряже­ние о сборе податей со всей страны. Будучи весьма приближен к фараону и являясь од­ним из самых могущественных его чиновников, Маиа тем не менее вряд ли мог рассчи­тывать на чрезмерную популярность у своих соотечественников! Предлагаемый ниже краткий обзор включает результаты деятельности нашей экс­педиции в течение двух полевых сезонов. В 1987 г. мы раскопали несколько часовен и два двора в наземной части заупокойного комплекса. Именно в этих помещениях осу­ществлялась деятельность, связанная с заупокойным культом, притом теоретически — на вечные времена, поскольку в соответствии с древнеегипетскими представлениями пожертвенники в различных часовнях должны были снабжаться едой и питьем постоянно и вечно. Средоточием заупокойного культа служили статуи владельцев гробницы — как мы увидим, Маиа и Мерит имели их несколько. В 1989 г. мы завершили археологические работы в наземной части гробницы рас­чисткой большого парадного входа — пилона, где были обнаружены превосходные рель­ефы и росписи. В предыдущем году были вскрыты погребальные камеры в подземной части сооружения, залегающие под внутренним двором. Помещения в подземной части гробницы располагались на двух уровнях: верхний был примерно десятью метрами ниже поверхности внутреннего двора, на нижнем находились собственно захоронения хозяина, его супруги и членов их семьи. Роспись на стенах этих помещений уникаль­на для исследуемого времени и весьма схожа с росписью в царской усыпальнице, что должно служить еще одним подтверждением совершенно особого статуса владельца гробницы.


Процессия с дарами

Несмотря на то, что мы начали раскопки гробницы Маиа в 1986 г. с проникновения в ее субструктуру из близлежащей гробницы Рамосе, нам кажется целесообразнее на­чать описание наших археологических исследований с наземной ее части. Все гробницы высокопоставленных чиновников XVIII и XIX династий в Саккарском некрополе напоминают небольшие египетские храмы. В сущности они и служили заупокойными храмами для своих владельцев, совершенно таким же образом, как, например, грандиозный храм в Мединет Абу использовался для поминальных служб по его строителю,  Рамсесу III.

Саккарская гробница Маиа во многих отношениях сходна с гробницей его знаме­нитого современника военачальника Хоремхеба, который впоследствии стал фараоном. Наземная часть гробницы начинается внушительных размеров пилоном, за которым следует внешний двор, помещение для статуй с двумя боковыми часовнями (в одной из которых была найдена in situ неиспользованная стела), внутренний двор с колоннами и, наконец, помещение для жертвоприношений в западном конце сооружения, с двумя часовнями по бокам. В 1843 г., когда Лепсиус осматривал часть внутреннего двора, на восточной и южной ограничивающих его стенах еще сохранялись рельефы. В его время внутренний двор был единственной частью комплекса, доступной для обозрения, — все прочие были погребены под песком. Много лет спустя, в начале нашего века, английский египтолог Дж. Квибелл обнаружил более десятка блоков из гробницы Маиа, использованных повторно при строительстве раннехристианского монастыря Апа Иеремия, располагавшегося на восток от саккарского некрополя. Строители мо­настыря частично разрушили несколько близлежащих гробниц XVIII и XIX династий для того, чтобы «добыть» таким способом необходимый им строительный материал. Сейчас мы можем доказать, что и архитектор, возводивший гробницы Хоремхеба и Маиа во времена Тутанхамона, также заимствовал большие декорированные блоки из входа в пирамиду Уннаса. Практически ни одно строение, каково бы оно ни было по своему характеру, не воспринималось египтянами священным или неприкосновенным. Цари и простолюдины в равной степени не терзались угрызениями совести, разбирая до ос­нования памятники своих предшественников, чтобы позаимствовать потребный для собственных нужд строительный материал.


Статуи Маиа и Мерит

Как мы говорили выше, гробничный комплекс начинался покрытым рельефами пилоном. Судя по общей схеме изображений, несколько составляющих его блоков ныне утрачено. Практически все прочие были обрушены, однако в настоящее время прежний вид строения нами восстановлен. Сюжеты изображений достаточно обычны: Маиа за­печатлен входящим в свою гробницу; его приветствуют его супруга Мерит и мачеха Хенутиуну. Некоторые детали позволяют предполагать, что последние были к этому времени уже покойными и, стало быть, должны были находиться в загробном мире. В уста Мерит вложено приветствие: «Добро пожаловать, о ты, украшенный милостями Птаха «Юга-его-стены»! Ты воистину заслужил их, о восхваляемый, ибо пребы­ваешь ты начальником праздника Владыки богов!». Нам известно, что родная мать Маиа, Урет, умерла молодой, и он, вероятно, был воспитан второй женой своего отца, Иуи, женщиной благородного происхожде­ния по имени Хенутиуну. Выше мы уже говорили о том, что большая часть пиленных блоков была заимствована из гробницы Уннаса. Они представляют большой интерес; хотелось бы отметить особо один из них, на котором сохранилось изображение крайне истощенного чужеземца.


Статуи Маия и Мерит. Фрагмент

 

На этой же стене вырезана большая часть автобиографической надписи Маиа. Из нее мы узнаем, что владелец гробницы состоял в царском окружении, по всей вероятности, уже с юных лет. Адресуясь к потенциальным посетителям саккарского некрополя, которые в будущем вознамерятся осмотреть его достопримечательности или навестить гробницы своих близких, Маиа сообщает о себе, среди прочего, сле­дующее: «Присутствие царя было дано мне с тех пор, как я был ребенком. Я счастливо достиг конца (своей службы), наслаждаясь бесчисленными благодеяниями Владыки Обеих Земель (вероятно, Эхнатона.— Дж. М.)». Далее он продолжает: «Вначале я был хорош, в конце — блистателен. Я был тем, кто почитаем в мире в храме Птаха. Я осуществлял замыслы царя моего времени и не оставлял без внимания ничего (из того), что он приказывал… Я делал прекрасными храмы, украшая изображения бо­гов, которые мне были поручены». Здесь следует пояснить, что при Эхнатоне закрыва­лись храмы древних египетских богов, а их статуи, вероятно, выбрасывались и уничтожались. В правление же Тутанхамона потребовалось изготовление новых скульп­турных изображений богов для храмов, которые восстанавливались вновь.

Ниже этих важных по своему содержанию изображений запечатлена процессия подносителей даров, которая «двигается» в западном направлении, в глубь гробницы. Наряду с драгоценностями приношения включают в себя также несколько пар перча­ток — принадлежность туалета, чрезвычайно редко фиксируемую древнеегипетскими изобразительными источниками. Это несомненно престижный дар, возможно он исхо­дил от самого фараона. Кстати, пара настоящих перчаток была обнаружена Карте­ром в гробнице самого Тутанхамона.

 

На северной стене пилона были помещены изображения Маиа и Мерит, поклоняющихся Осирису, владыке загробного мира. В некоторых случаях детали изобра­жений (например голова самого Маиа) сохранились превосходно. Текст сопровождаю­щей надписи — обращение к Осирису: «О Осирис Оннуфрий, великий бог, правитель вечности, владыка величия в лоне Нут, с высокими (головными) перьями, с острыми рогами; возлюбленный, который выходит из ладьи-гену, владыка вечности, правитель Страны Молчания, тот, чей сын Хор утвердится на троне его, воссоединенный с ликованием, прекрасный Осирис золота!». Ниже этого текста располагается превосходно выполненный фриз, изображающий подносителей даров. Некоторые фигуры сопровождаются подписями, из которых сле­дует, что в процессии участвуют члены семьи владельца гробницы и чиновники, также состоявшие при царской сокровищнице.

За пилоном следовал внешний двор гробницы. Большая часть настенных рельефов в этой части сооружения утрачена. Нам удалось обнаружить лишь несколько разрозненных блоков, несущих на себе отдельные их фрагменты.


Процессия с дарами

 

Из этого двора можно было попасть в помещение, где находились статуи; подобно прочим часовням гробницы, оно первоначально было перекрыто сводом, выполненным из сырцовых кирпичей. В этом помещении (возможно также и в самом внешнем дворе) были изначально размещены превосходно выполненные парные статуи Маиа и Мерит; три из них были извлечены из гробницы в начале XIX в. и ныне пребывают в коллекции Лейденского музея. Части украшений задней, или западной, двери этого помещения со статуями видел и описал в свое время Лепсиус. Мы обнаружили, что с тех пор здесь многое подверглось раз­рушению; несколько фрагментов нам удалось подобрать и поместить на их прежние места. Большой интерес представляют изображения на стенах внутреннего двора, того самого, где ровно 148 лет тому назад стояли Лепсиус и члены его экспедиции. Эта часть гробницы была детально изучена проф. Э. Графе по зарисовкам Лепсиуса и релье­фам, обнаруженным в свое время Квибеллом. Лепсиус видел покрытую текстами ко­лонну и парную статую владельца и его супруги. Эти памятники по-прежнему здесь находились, однако были сброшены на землю и сильно повреждены. Нам удалось их отреставрировать. Статуя была изготовлена из блока, который некогда составлял при­надлежность гробницы поздней V династии (примерно 2400 г. до н. э.) или, возможно, также был позаимствован в пирамиде Уннаса. Во всяком случае нижняя плоскость статуи сохранила на себе рельеф, относящийся ко времени V династии. Рельефы по­зади этой статуи принадлежат к числу тех, что были в свое время скопированы Лепсиусом, а затем перевезены в Берлинский музей. Они несомненно принадлежат в числу шедевров искусства поздней XVIII династии. Сюжет изображений связан с переноской в гробницу статуй владельца. Возможно, среди них находятся и те самые, подлинники которых хранятся ныне в Лейденском музее. Сами рельефы были в значительной сте­пени утрачены или сильно  повреждены во время второй мировой войны.

 

С восточной стены внутреннего двора Лепсиус скопировал сцену, изображающую сидящих Маиа и Мерит, а также еще одну процессию подносителей жертвенных даров. Изображения были частично утрачены, частично повреждены, в ходе работ нам уда­лось обнаружить некоторые из утраченных фрагментов и вернуть их на прежнее место: рельефы вновь явили свое совершенство. Чрезвычайно интересным и поучительным было для нас сравнение выполненных Лепсиусом копий с находящимися здесь и в других местах внешнего двора подлинниками скульптур. Великий ученый был, как правило, поразительно точен. Выше уже упоминались блоки из гробницы Маиа, найденные в начале века Квибел­лом. Часть этих блоков некогда украшала северную стену внутреннего двора. Один из них представляет особый интерес: он запечатлел владельца гробницы принимающим участие в учете захваченных пленников-чужеземцев и скота. Вполне возможно, что эти пленники и были как раз теми самыми людьми, которые столь выразительно были изображены в расположенной поблизости и относящейся к тому же времени гробнице Хоремхеба. Хоремхебом, военачальником времени правления Тутанхамона, эти люди и были приведены в Египет. По вертикальному ходу из наземной части погребального сооружения можно проникнуть на нижний уровень его субструктуры. Для нас навсегда останется памят­ным 8 февраля 1986 г., день, когда мы, наконец, обнаружили гробницу одного из бли­жайших к Тутанхамону лиц, притом гробницу, споры о которой не прекращались в течение почти полутора столетий. Нам удалось тогда определить, что грабители смогли извлечь из стен несколько покрытых рельефами блоков в своих отчаянных попытках найти ход к погребальным камерам с их сокровищами. Грабители, как и обычно, пре­успели в своих замыслах. Первым помещением на нашем пути был род «передней», ведущей к погребальной камере.


Мерит была певицей Хатхор, в руках она держит культовый атрибут «менит»,
который имеет вид застежки ожерелья с головой богини.

На одной из стен этого помещения находились изображения владельца гробницы и его супруги, возносящих молитвы Осирису и Нефтиде, на другой — фигуры Маиа и Мерит и та самая надпись, которая четыре года тому назад помогла нам определить принадлежность самого памятника. В 1988 г. мы очистили от завалов проход к погребальным камерам. Прочность скальных пород в этой части гробницы была совершенно недостаточной, и нам при­шлось подпереть потолок деревянными балками, что придало всей гробнице вид на­стоящей шахты. На правой стороне коридора, неподалеку от того места, где мы начали расчистку, была обнаружена небольшая по размерам кладовая с большими глиняными сосудами, в которых, возможно, хранилась мука для изготовления хлеба и печенья в загробном мире. Общее число сосудов соответствовало числу месяцев в году.


Маиа перед столом подношений

Обе погребальные камеры были разрушены еще в древности, однако нас не поки­дала уверенность, что все детали украшающих их стены рельефов могли в разрознен­ном виде полностью сохраниться. На следующий год нас ожидала работа, сравнимая лишь с собиранием мозаики-головоломки: мы начали расчищать, подбирая одну к другой, находимые детали и возвращать их на надлежащее место на стенах. Стала вырисовываться общая схема расположения изображений, практически одинаковая для обеих камер. На стенах здесь были запечатлены и обо­значены по именам наиболее могущественные древнеегипетские божества, которые воплощали собой идею охраны и защиты саркофагов Маиа и Мерит. Чрезвычайно интересны помещенные здесь надписи. Одна из них, например, является ранее неиз­вестной и полной версией гимна Осирису; много и других текстов, несомненно спо­собных внести новый вклад в египтологическую науку. Хотелось бы отметить одну за­бавную деталь: надписи, вырезанные на стенах подземных помещений гробницы, пестрят ошибками в правописании. Нельзя сказать, чтобы это было вообще нетипич­ным для заупокойных текстов, однако гробницу Маиа отличает их крайняя чрезмер­ность! Между тем сам Маиа должен был быть одним из самых грамотных и вообще образованных людей в своем государстве. В завалах мы обнаружили сотни отдельных фрагментов заупокойной утвари и мебели. Самыми многочисленными были, конечно, фрагменты керамики. Представлен­ные типы сосудов достаточно редки и необычны; нам удалось доказать, что специально для заупокойных нужд производились наборы особых видов сосудов. Например, сосу­ды с полированной поверхностью из алебастра — для мазей и масел. Образцы прекрасно выполненных инкрустаций из слоновой кости — без сомнения, когда-то отделки ме­бели — дают нам представление об уровне художественного оформления предметов из захоронения Маиа. Несомненно, что его погребение было в изобилии снабжено укра­шениями: грабители оставили нам много кусочков золотой фольги и часть превосходной золотой цепи. К последней, возможно, был подвешен сердечный скарабей, который так­же мог быть оправлен в золото; но если это и было так, то и он унесен грабителями.


Вид на гробницу Маиа

Нам удалось обнаружить много фрагментов керамических сосудов для хранения различных продуктов. Надписи на их стенках сообщают нам, что когда-то они были наполнены медом, ценными сортами масел, употреблявшихся в косметике и кулинарии. Одна из надписей помечена 9-м годом правления безымянного царя, судя по всему — Хоремхеба, т. е. примерно 1327 г. до н. э. Таким образом, эта ценнейшая информация дает нам точную дату смерти Маиа или Мерит, скорее всего — последней. Наряду с погребальной утварью, надписями и росписями огромную научную ценность представ­ляют собой также многочисленные крошечные фрагменты скелетов владельцев гробницы. Сейчас они изучаются, и мы весьма надеемся получить нечто вроде «истории болезни» Маиа, Мерит и членов их семьи. Именно из подобных крох информации археологи и историки воссоздают историю прошлого, в нашем случае — историю одного из самых знаменитых в египетской истории людей, его жены и лиц, составлявших его должно­стное окружение. Вполне возможно предположить, что пески пустыни скрывают немало подлинных сокровищ, способных пролить яркий свет как на историю Мемфиса и его обитателей, так и Египта в целом. Во всяком случае, в некрополе Саккары существуют, вероятно, десятки гробниц, подобных погребениям Хоремхеба и Маиа, которые все еще ждут своего открытия. Дж, Мартин, Юниверсити-калледж, Лондон

[1] Результаты нескольких предыдущих полевых сезонов см.